Латыши против футболок с Путиным

Жители латвийской столицы протестуют против открытия в своём городе магазина бренда Black Star Wear. Одежда с изображениями Путина, камуфляжной раскраской и автомата Калашникова весьма популярна в России. Репер Тимати, которому принадлежит бренд, симпатизирует Владимиру Путину и зачастую появляется с ним на различных мероприятиях. В Латвии открытие магазина вызвало резкие протесты.

показать/скрыть все цитаты
Neatkarīgā (LV) /

Возвеличивать диктатора? Ну уж нет!

Вполне понятно, почему латыши протестуют, пишет издание Neatkarīgā:

«В истории Латвии был трагический эпизод - советская оккупация. При этом внешнеполитическая доктрина нынешнего российского президента Путина не предполагает сожаления по поводу этой нелегальной оккупации. Напротив: подчёркивается, что распад Советского союза был-де крупнейшей геополитической катастрофой XX века. Таким образом, у нас нет причин быть лояльными по отношению к России, её диктатору и его агрессивной внешней политике. Поэтому логично дать твёрдый отпор всему, что возвеличивает эту политику.»

Latvijas Avize (LV) /

Солдатская форма - как знак стабильности

Газета Latvijas avīze опубликовала по этому поводу весьма философский комментарий:

«Эта одежда создана для людей, которые желают разгуливать в общественных местах в одежде с весьма сомнительными политическими символами, но при этом - жить в безопасности. Они желают восторгаться российской армией, но при этом иметь латвийский паспорт и возможность поехать на заработки в Ирландию. Раньше, когда в Европе армейская служба ещё была обязательной и большинство молодых людей получали опыт жизни в казарме, никому и в голову не могло прийти носить военную форму в обычной жизни. Даже в советское время, когда духом милитаризма было пропитано всё общество, солдатская форма не была в моде. Если она у кого-то случайно и сохранялась, то её использовали для работы на даче. Возможно, здесь-то и кроется единственный положительный момент в появлении магазина Black Star в Риге: превратившись в феномен моды, потенциальная угроза становится фарсом.»