Что происходит в Иране?
По заявлению одного из представителей иранского режима, в ходе протестов в стране погибло пять тысяч человек, из них 500 - со стороны силовиков. Газета The Sunday Times в свою очередь сообщает о том, что число убитых составляет по меньшей мере 16 500 человек. Ранее Вашингтон заявлял было о готовности вмешаться силовым путём. Однако в среду Дональд Трамп объявил, что пока что откажется от этого шага, поскольку режим, мол, пообещал не казнить задержанных.
Их просто казнят без огласки...
У себя в Telegram израильский военный эксперт Сергей Ауслендер пишет о том, что никакой отмены казней не будет. Российский портал Эхо цитирует:
«Насчет казней, которые 'отменили', - ерунда это полная. Просто будут убивать в тюрьмах или где-нибудь в глухих местах, там таких полно. Без особых процедур, пуля в голову, по самому факту ареста, неважно, при каких обстоятельствах человек попал. Молодых мужчин будут казнить, конечно, в первую очередь. ... Те, кто говорят, что это агония режима и он обречен, - правы. Совершенно правы. Вопрос только, сколько он людей утянет за собой в этой агонии?»
Трамп бросил иранцев в беде!
А ведь можно было не допустить уничтожения каналов связи для оппозиции, - подчёркивает венский еженедельник Profil:
«Когда Дональд Трамп стал президентом США, по его указу было закрыто государственное агентство по оказанию помощи в целях развития USAID, а также остановлена деятельность отдела по вопросам демократии, прав человека и труда в Госдепартаменте. Среди затронутых программ оказалось финансирование, за счёт которого оплачивались такие инструменты, как Starlink или Psiphon для поддержки иранской оппозиции. ... В результате этого 'ослепления' на прошлой неделе оппозиционные группы в Иране напрасно ждали дальнейшей поддержки. И именно поэтому они, возможно, в самый важный момент своей жизни оказались хуже подготовленными, чем могли бы. ... Недопустимо бросать на произвол судьбы диссидентов в диктатуре.»
Пустые обещания
Амстердамская газета NRC обрушивается на Трампа с резкой критикой:
«Американский президент действовал абсолютно безответственно, когда заявлял о том, что Соединённые Штаты 'полностью готовы' к военной интервенции, что 'помощь уже в пути', и когда он призывал иранцев захватывать государственные учреждения. Тот, кто выступает с подобными заявлениями, а потом не выполняет своих обещаний, вводит в заблуждение людей, которым приходится взвешивать, готовы ли они рисковать своей жизнью и выходить на улицы. ... Иранский режим просто так не сломить. ... Оппозиция должна иметь возможность положиться на тщательно продуманную помощь извне. В данном случае этого не произошло.»
Оппозиции нужен лидер
Без руководящей фигуры нет шанса на успех революции, - комментирует портал Habertürk:
«В Иране в последние дни и правда неспокойно, но причина тому - не оппозиция против режима, а финансовые трудности и голод из-за эмбарго. ... Происходящее нельзя недооценивать, однако протесты всё же не столь масштабны, чтобы привести к падению режима. А главное - по сравнению с прошлыми волнениями, особенно с протестами 1979 года, закончившимися свержением шаха, их нельзя даже назвать массовыми демонстрациями. Для того чтобы общественное движение стало революцией, которая была бы в состоянии свергнуть режим, необходим лидер, за которым смогут пойти массы.»
По протесту - двойным ударом
Режим сумел подавить протест, применив насилие и заблокировав доступ к интернету, - отмечает миланская Corriere della Sera:
«Подавление восстания было поручено полувоенному формированию Басидж, силы которого поддерживали полицию в городах. Параллельно киберподразделения работали над тем, чтобы перерезать все каналы коммуникации с внешним миром, в то время как правительство приказало заблокировать интернет. Власти действуют по старым лекалам, только на сей раз, похоже, более эффективно - за счёт строгой блокировки. Они свой урок выучили, исправили ошибки и улучшили снаряжение. Они хотели убивать - и при этом свести до минимума доказательства, препятствуя распространению видео и пресекая контакты вовне.»
Напоминание о сирийском аде
Ирану может грозить судьба Сирии, - высказывает свои опасения портал радиоканала France Inter:
«Самый скверный сценарий - это гражданская война. Некоторые специалисты по Ирану и Ближнему Востоку именно этого и опасаются. По их мнению, развитие событий в Иране самым печальным образом напоминает скатывание Сирии в ад после протестов против Башара Асада весной 2011 года. И тут имеются параллели: режим, решительно борющийся за своё существование и при этом не чурающийся политики выжженной земли; мирные демонстранты, начинающие вооружаться. В Сирии это привело к возникновению смертоносной спирали, бушевавшей более десяти лет. В случае Ирана по такому сценарию рискует пойти страна с 90 миллионами жителей, где такие меньшинства, как курды и белуджи, уже имеют свои вооружённые сепаратистские формирования.»
ЕС во внешней политике - беззубый тигр!
К сожалению, и в этом кризисе у Евросоюза нет рычагов влияния, - отмечает швейцарская Neue Zürcher Zeitung:
«Как реагирует Брюссель? 'Ввиду нарастания репрессий и продолжающейся гибели ни в чём не повинных людей мы внимательно следим за происходящим', - написала в воскресенье на платформе X председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. Позднее фон дер Ляйен, председатель Европейского совета Антониу Кошта и верховный представитель ЕС по иностранным делам Кая Каллас нашли более внятные слова. Они самым строгим образом осудили насильственное подавление протестов, потребовали немедленного освобождения задержанных демонстрантов и восстановления доступа к интернету в стране. Но в конечном итоге иранское народное восстание в очередной раз демонстрирует, что во внешнеполитическом плане Евросоюз, по сути, бессилен.»
Нестабильность как геополитический инструмент
Греческий портал Capital разъясняет, каким образом режиму аятолл удаётся удержаться в седле во внешнеполитическом плане:
«Иранское руководство, конечно, отдаёт себе отчёт в том, что у него нет военных ресурсов для конфронтации с Соединёнными Штатами. Однако оно обладает уникальной способностью провоцировать напряжённость и неуверенность в мире. А нестабильность - это и есть центральный элемент политики аятолл. Любая напряжённость в Иране повышает геополитические риски. Любое упоминание Ормузского пролива влияет на цены на энергоносители на мировом рынке. Любое событие перекладывает издержки с одних плеч на другие - и обеспечивает режиму аятолл дополнительное пространство для манёвра. Иранская модель выживания основывается на страхе и связанной с ним нестабильностью.»