Прецедент с дронами в Лейпциге: каким должен быть ответ ЕС?

Просто демонстрировать единство - недостаточно, - считает парижская Libération:

«Цель Путина - сеять сомнения, вносить раскол в ряды европейцев, усиливать крайне правых повсюду, где те имеют шанс дорваться до власти (например, в воскресенье в Саксонии-Анхальт), подстёгивать паранойю - одним словом, играть с огнём. Дойдёт ли дело до взрыва? Именно этот вопрос уже является частью угрозы. И он делает вопрос реагирования крайне сложным. ... Как раз это сейчас и парализует европейцев. В среду в Дублине состоялась встреча министров иностранных дел стран Евросоюза. Все они едины в том, что Россию следует осудить. Это единство - уже какое-то начало. Но им пока ещё не удалось найти верный способ решения проблемы.»

В одиночку Германия не в силах отвадить Путина от дальнейших агрессивных действий, - подчёркивает Frankfurter Allgemeine Zeitung:

«Это можно сделать только совместно с партнёрами и союзниками по ЕС и НАТО. Тот факт, что в Евросоюзе сейчас обсуждается 22-й пакет санкций, скорее, является признаком слабости, а не силы. Когда речь заходит о санкциях против России, страны - члены ЕС зачастую больше борются с самими собой, чем с Россией. Страны ЕС по-прежнему закупают у Путина нефть и газ, замороженные российские активы всё так же недоступны Украине, Германия как ни в чём не бывало продолжает импортировать российскую сайду, из которой изготавливаются столь любимые немцами рыбные палочки. Однако Европа может произвести впечатление на Путина только в том случае, если будет единой и готовой к финансовым жертвам.»

Германия должна стать гегемониальной державой Большой Европы, - такое мнение высказывает в своей статье для лиссабонской газеты Público политолог Карлуш Гашпар:

«Отчуждение между Россией и Германией, увеличивающаяся дистанция между США и Западной Европой, а также обострение войны в Украине и на Ближнем Востоке создали предпосылки для того, чтобы Германия стала региональным гегемоном. ... Немецкая стратегия следует американской модели региональной интеграции, сочетающей в себе углубление отношений с европейскими государствами с расширением границ Европы. Создание европейского оборонного союза неотделимо от вступления Украины в европейские институции - для того чтобы создать свободную и единую 'Большую Европу'.»

Как отмечает варшавская Gazeta Wyborcza, для Польши и Германии сейчас не время вести споры на историческую тематику:

«Польша также сталкивается с серьёзной российской угрозой. ... Печально то, что часть польского политического класса до сих пор не осознаёт всей серьёзности положения и впадает в антинемецкую риторику, как будто на дворе ещё 2019 год. Тирады президента Кароля Навроцкого 1 сентября во время памятной церемонии на Вестерплатте об антипольской политике Веймарской республики, разогревание темы репараций, возгонка антинемецких настроений - всё это не имеет ничего общего с данью памяти польским жертвам третьего рейха. ... Сегодня линия раздела в Европе - возможная линия фронта - пролегает не между поляками и немцами, а на границе с Россией.»

В своей статье на портале литовской телерадиокомпании LRT Эйтвидас Баярунас, в прошлом посол Литвы в России, рассуждает о значимости этой новой реакции Германии:

«Берлин долгое время вёл себя очень сдержанно - не только в плане обозначения российских гибридных операций, но и в особенности в деле рассмотрения ответных мер. А теперь мы видим меняющуюся Германию - Германию, которая не только разместила в Литве бригаду военнослужащих и силы бундесвера, укрепляющие оборону и безопасность в Балтийском море, но и Германию, которая, возможно, в ответ на гибридные действия России выставит той конкретную политическую и экономическую цену. ... То, что Россия ведёт гибридную войну, - совсем не новость. Новость тут то, что Германия наконец-то начинает иначе на это реагировать.»

Необходимо притормозить динамику войны, - требует парижская Le Figaro:

«Пока что война продолжает шириться: Москва усиливает свои 'гибридные атаки' на западных партнёров Украины. ... В свою очередь угроза украинской стороны 'закрыть' небо России для гражданских полётов также таит в себе потенциал эскалации. В рамках конфликта, в котором, по сути, исчерпаны почти все опции, такие вынужденные меры уже недостаточны, для того чтобы сломить дух нации. Опасность расширения войны продолжает набирать обороты. Поэтому столь необходимо перемирие, которое предлагает Владимир Зеленский, - прежде всего для того, чтобы остановить спираль эскалации.»

Отреагировать на российские атаки надо было уже давно, - считает Frankfurter Rundschau:

«Это также является сигналом гражданам Евросоюза - о том, что следует серьёзнее отнестись к российской угрозе, а не рассматривать её просто как где-то далеко ведущуюся войну против Украины. Одних санкций недостаточно. Германия и её партнёры должны будут сделать ещё больше, для того чтобы справиться с последствиями гибридной войны со стороны России, частью которой в том числе являются диверсии и кампании по дезинформации. ... Евросоюзу нужно пойти ещё дальше. Испания и Греция должны передать Украине свои боеприпасы для систем противоракетной обороны Patriot, с тем чтобы подвергшаяся нападению страна снова получила возможность эффективнее обороняться от российских атак.»

Цюрихская газета Tages-Anzeiger не скрывает своего одобрения:

«Это - умеренный сигнал в сторону Путина, даже, можно сказать, весьма скромный - ведь Берлин отказался от того, чтобы подключить НАТО. А ещё это весьма разумная реакция, потому что в таком случае у немецкого канцлера Мерца всё ещё остаётся в распоряжении средство для эскалации: для начала - активация Статьи 4, предусматривающей консультации с союзниками по альянсу в случае угрозы 'территориальной целостности или безопасности' одного из его членов. Если российский агрессор и тогда не прекратит свои провокации, то в ход может пойти Статья 5 - постулат коллективной обороны, а там уже и до войны в Европе недалеко. С рациональной точки зрения Путин в этом не должен быть заинтересован, но дело в том, что этот человек уже давно не действует рационально.»

Время исключительно дипломатических реакций, к сожалению, давно миновало, - считает брюссельская газета De Standaard:

«Теперь Германия и её союзники по НАТО должны приложить все усилия к тому, чтобы высвободиться из пут логики, согласно которой единственной ответной мерой являются военные действия. Возможно, концепция 'гибридной обороны и сдерживания' и даёт некоторую отсрочку - особенно в сочетании с дипломатическими и экономическим санкциями, а также усилением собственной обороны. Однако та мизерная доля дипломатии, которая ещё имела место быть, таким подходом уничтожается целиком и полностью. Противостоящие позиции ужесточаются - и этот процесс неостановим. И более нет никакой возможности оставить это без ответа.»

На своей странице в Facebook журналист Сергей Асланян иронизирует над реакцией Берлина:

«Россия поступила вероломно, хотя знает, что Бундесвер ночами не бывает в офлайне и воюет только в рабочее время, в светлое время суток, с перерывом на обед, 08:00 до 17:00. Военные действия России на территории Германии нарушают рабочий график канцлера, дезорганизуют деятельность его аппарата и не позволяют выработать взвешенный ответ, провоцируя правительство на скоропалительные меры, всерьез сказываясь на обороноспособности Германии, лишая военнослужащих Бундесвера предусмотренных уставом льгот, нарушая режим труда, осложняя боевую подготовку.»

Эти малые шаги - часть большого плана Москвы, - замечает в своей статье для бухарестской газеты Adevărul военный эксперт Александру Грумаз:

«Москва пытается нанести удар по системе, помогающей Украине продолжать борьбу. ... Тут-то и кроется главная проблема НАТО. Массированную атаку на страну-члена альянса легко распознать и классифицировать - как в политическом, так и в военном плане. А вот дрон, найденный близ аэропорта, подозрительный пожар на заводе, повреждённый кабель, видеокамера, с которой кто-то уже 'поработал' или же диверсант, нанятый через Telegram, - с этим справляться гораздо сложнее. Взятый по отдельности, каждый такой эпизод может показаться незначительным для того, чтобы реагировать на него со всей силой. Однако в совокупности такие эпизоды складываются в целую кампанию. В этом и состоит суть гибридной войны.»